Электронный фонд Президентской библиотеки, насчитывающий сегодня более 600 тысяч единиц хранения, хранит неизвестные факты из жизни известных людей. Здесь можно найти и царские указы, и первые издания типографии Ивана Фёдорова, и официальные биографии выдающихся государственных деятелей, и малоизвестные факты из их жизни. В этой «истории в гигабайтах» также нашлось место забавным случаям и курьёзам, которые порой происходили с сильными мира сего.
Вот что, в частности, можно узнать о генералиссимусе Суворове из источников Президентской библиотеки.
…Как-то раз во время Итальянской кампании после взятия австрийским генералом Кеймом Турина Суворов превозносил его стратегический талант и пил за его здоровье. Один из генералов знатнейшей австрийской фамилии сказал: «Знаете ли, что Кейм из самого низкого сословия и из простых солдат дослужился до генерала?» «Да, – ответил Суворов, – его не осеняет огромное родословное дерево. Но я почёл бы себе особенной честью иметь его после этого подвига своим, по крайней мере, хоть кузеном».
Не догадывался озабоченный вопросами сословной генеалогии генерал, что Кейм и Суворов после совместных военных действий на подходах к Турину уже знали цену друг другу и чувствовали себя почти что однополчанами. Как написано в раритетном переводном издании «Подвиги Суворова в Италии и Швейцарии» (1806), электронная копия которого представлена на портале Президентской библиотеки, «Суворов, узнав об успехах Неапольской армии, выступил из Турина со своими войсками, и, оставляя генералу Кейму осаду цитадели, послал к нему следующую записку: «Любезный мой генерал Кейм! Я отправляюсь в Пьяченцу, иду разбить Макдональда. Возьмите скорее цитадель Туринскую, чтоб я не пел благодарственного молебна прежде вас».
Французский генерал Серрюрье, взятый Суворовым в плен в итальянской войне и ободрённый чрезвычайно ласковым его приветом, сказал фельдмаршалу: «Дивлюсь, как вы решились напасть на меня с таким малым числом войск». «Мы, русские, чудаки, – отвечал Суворов, – мы всё делаем без правил, без тактики».
Александр Васильевич почти не преувеличивал, ведь известен случай, когда пропитанный милитаристским прусским духом Павел I перед одним из военных походов приказал Суворову принести «планы и рекогносцировку» русского войска. Каково же было изумление императора и его ставки, когда увенчанный наградами и фельдмаршальским жезлом полководец пришёл в царственные апартаменты… с кипой чистой белой бумаги и демонстративно начал разбрасывать листы перед вельможами.
«Александр Васильевич, о вас говорят, что вы не знаете тактики», – сказал ему один не слишком преуспевший в науке побеждать генерал. «Так – отвечал Суворов, – я не знаю тактики, но тактика меня знает. А вы не знаете ни тактики, ни практики».
В книге «Александр Васильевич Суворов» (1873 г.) Е. Желябужского есть такое признание полководца: «Цари меня хвалили, солдаты любили, друзья мне удивлялись, враги меня ругали, придворные надо мною смеялись. Езопом являясь при дворах, побасёнками говорил я правду, был Балакиревым для пользы Отечества и пел петухом, пробуждая сонливых», – говорил о себе Суворов – этот странный человек, которому в своё время удивлялась вся Европа и старалась разгадать, хотя и напрасно».
Разгадать суворовскую тактику в сраженьях ли, в сужденьях было не по силам никому. А вектор её был один – как сказал Александр Васильевич своим «чудо-богатырям» перед штурмом Альп: «Остановки никакой не будет – это не моя привычка».